IP-адрес форума заблокирован на территории России. Пользуйтесь средствами обхода блокировок.

Уважаемые гости Форума, его обитатели не против того, чтобы Вы заимствовали имеющуюся на Форуме информацию, но мы убедительно просим, выкладывая её на других ресурсах, обязательно указывать, что Вы получили её у НАС!!!

Михаил Татаринов

Ответить
ZaicevJura
Сообщения: 2298
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 07:56
Откуда: Хабаровск

Михаил Татаринов

Сообщение ZaicevJura » 13 ноя 2014, 03:41

Михаил Татаринов. Двадцать лет ада

Мы знали хоккеистов, которые спивались. Пропадали из виду вовсе. Но среди звезд первого ряда – были ли такие? Память подсказывает лишь двоих – превратился в бомжа великий Владимир Викулов. Загремел в тюрьму за убийство Михаил Татаринов, лучший защитник чемпионата мира 1990-го.

Юрий ГОЛЫШАК,Александр КРУЖКОВ

Искали мы его давно. Однажды получилось, но тогда, лет пять назад, был он в состоянии столь печальном, что беседа не задалась.

Сейчас нашли снова. Были поражены – Татаринов в полнейшем порядке. Не пьет. Новая семья, маленький ребенок. Не сегодня-завтра вернется в хоккей.

Собственной недавней жизни грустно усмехается: "Будто не со мной было…"


– Во второй половине 80-х не было хоккеиста с броском сильнее вашего.

– С малолетства отрабатывал. Сорок градусов мороза, снега по пояс, а я бреду в темноте по Ангарску на тренировку "Ермака". Во двор выходил с шайбой, едва рассветало. Бросал по бортам. Грохот на всю округу, народ из окон высовывался. Я кисть закачивал. На турнике по 50 раз подтягивался. И бросал, бросал, бросал.

На всесоюзную "Золотую шайбу" повезли под чужой фамилией. Приказали отзываться на "Игоря Черных". А я там "лучшего игрока" получил. В Ангарск примчались за мной Шагас из ЦСКА, Жиляев из "Спартака" и Самович из Киева: "Где Черных?" – "Да какой Черных, вон пацан бегает!"

– Вратарей калечили?

– В "Соколе" на раскатке нашему же Шундрову от синей линии щелкнул, точно в шлем. Так у него маска выпала. Рухнул – думали, помер! Меня старики, Ладыгин с Голубовичем, чуть самого не зарыли.

В "Динамо" Андрюхе Карпину на тренировке два раза подряд попал – то 8 швов, то 12. Старый шлем "Купер" шайба пробивала. Карпин упертый, просил: "Еще!" Он-то к швам был готов. Я тем более. А жена его – нет. Приехала, плачет: "Остановите Татаринова!" И с Мышкиным была история.

– Слушаем.

– Мы с Сашкой Семаком молодые, нагуляемся. А в "Динамо" Билялетдинов – комсорг, Мышкин – коммунист. На собрании нас отчитывает. Мы шепотом: "Вова, шмалять будем выше колен…" И начинаем на тренировке – Мыш, бедняга, уворачивается. Моисеев свистнет: "Идите, по забору бросайте".

До этого, еще с "Соколом", сгорели "Динамо" 3:7, но я забил гол выдающийся. Почти от своих ворот! Голубович выиграл вбрасывание, мне откинул. А Мышкин вдалеке снежок чистит клюшкой. С кистей ему хоп – вынимай! В сборной его Фетисов подкалывал: "Тебе негр забивает да молодой Татаринов через всю площадку. Вова, куда это годится?"

– Какой негр?

– Мышкин за вторую сборную пустил от черного студента Велгрейна.

– В "Соколе" вы и хет-триком отметились.

– Да, в Воскресенске в последнем туре. Мне в том матче Локотко, здоровый дядя, так врезал, что я от Воскресенска до Киевского вокзала блевал. Встряхнул лампочку. Зато победа нас на пятое место вывела. А значит, у профсоюзной команды перерасчет премий за весь сезон. Плюс 75 процентов. Тысячи по полторы рублей каждому! Возвращаемся в Киев, жены встречают на вокзале. Не мужей целуют, а меня!

– Заслуженно.

– Условия в Киеве были сказочные. Из Ангарска туда переехал в 16 лет. Все, что с собой было, – сетка из-под картошки, пачка "Беломора" и 75 рублей в кармане. А в "Соколе" сразу 100 положили. Пока официально не оформили, деньги приносили в интернат, где учился. В 18 квартиру дали. Так я еще бузил.

– Почему?

– Хотелось ближе к центру. Крутым себя почувствовал. Шел в кабинет к Щербицкому (первый секретарь ЦК компартии Украины. – Прим. "СЭ") – дверь пинал. А в приемной Блохин и Бубка сидели, ждали.

– Общались?

– Блохин держался особняком. По характеру – точь-в-точь как Билялетдинов в хоккейном "Динамо". В Киеве из футболистов я дружил с Пашей Яковенко, Толиком Демьяненко, Андреем Балем, из баскетболистов – с Сашей Волковым.

– Баль месяц как умер…

– Вот уж у кого, казалось, здоровье богатырское. И курил, и выпивал, но в "Динамо" на всех тестах – первый! После игры покупали мускатное шампанское, собирались у Андрея большой компанией. Дома у него висела майка Зико, с которым поменялся на чемпионате мира-1982. Баль же тогда забил бразильцам невероятный гол. Рассказывал нам: "Я посмотрел, где вратарь, и ка-а-к дал!" На самом деле, чтоб мяч не потерять, пульнул в сторону ворот, отвернулся и назад пошел. А за ним толпа поздравляющих. Залетело!

– С Волковым как пересеклись?

– Жили в одной гостинице. Через него познакомился с Володей Ткаченко, который ездил на "Волге" без переднего кресла. Усаживался на заднее. Иначе при росте 2.20 за руль не помещался.

– В советском футболе игроку могли переделать паспорт, скостить год-другой. А в хоккее?

– Я не слышал. Вот Яковенко и Добровольский мне говорили, что на год старше, чем по документам. А я паспорт уже в Киеве получал, там по ошибке вместо июля вписали, что родился в июне. Где-нибудь назову дату рождения – 16.06.66 – народ шарахается. Дьявол какой-то, сплошные шестерки…

– ЦСКА тянул вас из "Сокола"?

– Да, но "Динамо" опередило. Свалил я в 1986-м, когда Чернобыль хлопнул. Вася Первухин убедил: "Ты лысым хочешь ходить?" С "Динамо" все закрутилось настолько быстро, что вещи из Киева забрать не успел. Пришлось за ними ехать на такси.

– Откуда?

– Из Москвы. 1200 рублей туда-обратно. Другого способа попасть в Киев не было – из-за чернобыльской аварии отменили все самолеты и поезда. В такой спешке кидал все в сумку, что забыл две золотые медали молодежных чемпионатов мира и тарелку, которую вручили в 1986-м как лучшему защитнику турнира. С концами.

– Каким был Киев в те дни?

– Город словно вымер. На каждом шагу бочки с красным вином. Наливали бесплатно. Как говорили, выводит из организма радиоактивный стронций.

Михаил ТАТАРИНОВ

Родился 16 июля 1966 года в Ангарске.Защитник.Заслуженный мастер спорта.

Начинал карьеру в киевском "Соколе", где провел 3 сезона (1983/84-1985/86). Затем выступал за московское "Динамо" (1986/87-1990/91).

Чемпион СССР-1989/90. В чемпионатах СССР сыграл 238 матчей, набрал 84 (46+38) очка.Двукратный чемпион мира среди молодежных команд (1984, 1986). Лучший защитник молодежного ЧМ-1986.

За первую сборную СССР провел 63 матча, набрал 25 (11+14) очков. Чемпион мира-1990. По итогам ЧМ-1990 был признан лучшим защитником турнира, на котором в 10 матчах набрал 11 (3+8) очков.

Победитель Игр доброй воли-1990. Участник Кубка Канады-1991 (5 игр, 1 передача).

На драфте-1984 был выбран клубом НХЛ "Вашингтон Кэпиталз" под общим № 225. Первый матч в НХЛ провел 23 октября 1990 года против "Филадельфии" (6:2 в гостях).

В регулярных чемпионатах НХЛ за "Вашингтон" (сезон-1990/91), "Квебек" (1991/92,1992/93) и "Бостон" (1993/94) провел 161 матч и набрал 69 (21+48) очков.

Завершил профессиональную карьеру в 28 лет.

– В сборную вас впервые пригласили еще из "Сокола"?

– Да, в 1984-м. Но от Кубка Канады отцепили. Я с Фетисовым подрался. В центре площадки встретил, в душу прямо. Он мне клюшкой – по спине! Я развернулся – и на него. Так Тихонов с тренировки Славу выгнал, а не меня!

– Чудесная подробность.

– Мы были, как пятое звено, – сзади я с Бабиновым, впереди Ковин, Скворцов, Варнаков. Все ребята "характерные", силовые, никому не уступят. На нас большинство наигрывали. Бабинов сказал: "Никого не бойся!" Ну, я и не боялся. Самое интересное, с Фетисовым после скорешились.

– Вы Билялетдинова вспоминали. Он всегда был замкнутый?

– Да. Никому не верил, компаний сторонился. Насчет выпивки – даже разговора никакого, не курил. Заходишь в раздевалку – сразу видно, где место Билла. До того чисто, тютелька в тютельку. Конёчки, шнурочки. В "Динамо" он был самый раскачанный. Силищи несусветной. Не знаю, почему сейчас так выглядит – высох весь. Может, на нервах?

– Не исключено.

– Вот по игре я Биллом не восхищался. Для меня один герой – Вася Первухин. Сегодня бы играл – никто бы на Дацюка внимания не обращал. Бывают защитники, у которых четыре глаза. Мало у кого – шесть. А у Васи – восемь! Я играл против Гретцки, Лемье, Ларионова. Но лучше Первухина хоккеиста не видел! Спиной катался быстрее, чем некоторые звезды лицом. Шнурки вообще не завязывал – и как на нем коньки держались? Форму надевал за четыре минуты. В раздевалку заходит последним, а на льду – раньше всех.

– Вы же с ним в паре играли?

– Да, Моисеев разбил связку Билялетдинов – Первухин, меня к Васе поставил. И пошла у Билла глупая ревность. Не скажу, что Толя Федотов, с которым он играл, слабый защитник. Но с Биллом они два "минуса". Или два "плюса", без разницы.

Ни Билялетдинову, ни Мышкину не хотелось, чтоб я в "Динамо" оставался. Но тут команду принял Юрзинов: "Мне на ваше мнение наплевать. Даю шанс Татаринову". Бегал со мной кроссы по Новогорску. В 1990-м после чемпионата мира я пришел в номер к Юрзинову и отдал золотую медаль: "Она ваша". Обнялись с ним, поцеловались.

– Взял?

– Да, на эмоциях. Потом вернул.

– А Первухин – человек удивительно скромный.

– Ни разу матерного слова от него не слышал. Только присказку: "Блин на фиг!" В любую игру – мастер. Хоть в волейбол, хоть в домино.

– Еще уникумы были?

– Вова Зубрильчев, тагильский тихоход. В Харькове учился, не думал ни о каком хоккее. Его заметил Юрий Очнев, привез в "Динамо". У Зубрильчева клюшка тоненькая – как смычок от скрипки. Поставили в тройку к Семаку и Леонову. Так они рвали пару Фетисов – Касатонов! Аж по шнуркам им шайбу возили!

– Вячеслав Козлов нам ярко расписал, как на молодежном чемпионате мира его склоняли к побегу в Америку. Вас тоже охмуряли?

– Не раз. Сначала в 1985-м в Финляндии терся возле гостиницы некий Алекс, русский эмигрант. Принес билет на самолет и сумку денег: "Тебя "Вашингтон" ждет". Мы с Семаком жили, может подтвердить. Так в КГБ прочухали. До Щербицкого дошло, меня извели расспросами. Через год молодежка играла в Канаде, и этот Алекс снова возник. Я ни в какую. От меня к тому же ни на шаг не отходил Стеблин, администратор сборной. Его поставили за мной присматривать. А Семак в гостинице "жучок" обнаружил.

– Где?

– В ванной. Он, между прочим, окончил Высшую школу КГБ. Тогда было правило – из "Динамо" там должны учиться два молодых игрока. Одним из них оказался Семак. Факультет серьезный – подготовка контрразведчиков. Хотя дружим с 15 лет, Саша никогда на эту тему ничего не рассказывал, удостоверение не показывал. Лишь как-то обмолвился: "Я штук двадцать бумаг подписал о неразглашении…"



1990 год. Швейцария. Сборная СССР - чемпион мира! Стоят: Владимир МАЛАХОВ, Андрей ХОМУТОВ, Михаил ТАТАРИНОВ, Илья БЯКИН. Сидят: Сергей ФЕДОРОВ, Владимир КОНСТАНТИНОВ, Павел БУРЕ. Фото Александр ФЕДОРОВ, "СЭ"

– Олимпиаду в Калгари вы пропустили из-за перелома челюсти. Кто удружил?

– Билл. Встретил жестко на тренировке. Не знаю, нарочно или нет. Я не предполагал, что все настолько плохо. Приезжаю в Новогорск на следующий день, челюсть раздуло, но я грешил на больной зуб. Доктор сразу неладное заподозрил, повез в госпиталь. Сделали снимок – двойной перелом! Вместо меня в Калгари полетел Кравчук.

– Обидно.

– Второй шанс стать олимпийским чемпионом упустил в 1992-м. Сам отказался от Альбервилля. Идиот! Не понимал, чего себя лишаю. Думал: "Деньги есть. На фиг мне сборная?" Позже Михайлов с Тузиком до последнего ждали меня на чемпионате мира, но я не поехал.

Когда в Калгари не попал, начал бугорозить. Тузик неделю меня искал по Химкам с нарядом милиции. Когда нашел, положил в госпиталь КГБ на Пехотной. Там проходили реабилитацию офицеры-контрразведчики, все в чинах не ниже майора. И рядом с ними я – единственный алкаш. "Зашил" меня тот же доктор, что и Высоцкого. Мать из Ангарска вызвали, дала расписку, что в случае моей смерти никто ответственности не несет.

– Ого.

– Мне вшили ампулу. Врач сказал: "Можешь проверить, что с тобой случится, если выпьешь. Ткни иголкой в палец, капни в рюмку водки – и увидишь, кровь свернется". Тузик на этом не успокоился. Отвез к Довженко, легендарному наркологу.

– Зачем?

– Для усиления эффекта. Ему сняли огромный холл в гостинице "Москва". Там были в основном сынки-племянники партийных деятелей, членов ЦК. Довженко кодировал их от алкоголизма. Ну и меня заодно.

– Помогло?

– Да. За пять лет – ни капли! Первый раз попробовал, когда с друзьями проводил отпуск на Байкале. "Ампула" действовала еще два месяца. Скрутило так, что чуть дуба не дал. После этого я не рисковал, дождался окончания срока. Открыл пивко, и началось…

* * *

– В 90-е писали, что русская мафия пытается обложить данью наших хоккеистов в НХЛ. Это правда?

– Наезжали на ребят. С некоторых требовали по 100 тысяч долларов за сезон. Вступился боксер Олег Каратаев. Переговорил с Япончиком, тот сказал: "Что вы к спортсменам прицепились? Это ж не музыканты, фонограмщики. Их долбите…" А Каратаева вскоре застрелили в Нью-Йорке.

– С артистами в Америке встречались?

– Конечно. Токарев, Звездинский, Люба Успенская… Помню, решили мы тафгая Джона Кордика познакомить с русской кухней. В Нью-Йорке с Каменским, Гусаровым и Коваленко привезли его в ресторан "Одесса". Пока Токарев перед нами глотку рвал за 20 долларов, мы Кордика кормили борщом, холодцом, оливье, селедкой под шубой, пельменями. Джон запивал все жигулевским пивом и уточнял: "Это точно переварится?" Потом неделю на еду смотреть не мог.

Сколько было приключений в Штатах… Тормознули за скорость. Американских прав нет. Ну, вышел из машины, иду к полицейскому. Тот перепугался. Газеты писали: "Русский напал на полицейского! KGB!"

С Рейганом в Белом доме в обнимку сидел. В 1990-м ходил с "Вашингтоном", фотография сохранилась.

– Вас Рейган о чем-то спрашивал?

– Нет. Вот когда Могильный убегал, был задействован Джеймс Бейкер. Госсекретарь. Вроде делал визу.

– Почему в НХЛ сменили несколько клубов?

– НХЛ – странная штука. Никогда не думал, например, что Каспарайтис там заиграет. А у Крутова – не пойдет. В "Вашингтоне" у меня не получилось, но сам виноват. Стартовал плей-офф, я с травмой загораю в Балтиморе на берегу океана. Наташа, первая жена, говорит: "Сходи к начальству, попроси, чтоб пораньше в Москву отпустили. Все равно не играешь". А я, дурачок, не понимал, что плей-офф – это цимес. Нужно быть рядом с командой. Если ты травмирован, приходи в раздевалку, болей, поддерживай ребят. Домой улететь разрешили. Но отношение ко мне резко изменилось.

– В "Квебеке", где отыграли два сезона, было лучше?

– Там мне очень нравилось! Жаль, не договорился по новому контракту, проиграл арбитраж. Забрал меня "Бостон" под знаменитого Рэя Бурка, на большинство. Отличный контракт, бонусы. Казалось, я в шоколаде. Поймал Бога за бороду. Но первые три матча – не пошло, команда проигрывает. Глен Сатер начал цепляться: "Ты с сигаретками притормози…" А в "Квебеке" на это никто не обращал внимания. Гусаров с Ги Лефлером в самолете спокойно курили. И я здесь вел себя так же. А Сатер продолжает: "Да и вес не мешало бы скинуть. Может, пару игр проведешь в фарме?"

Но в "Провиденсе" я психанул. В АХЛ переезды на автобусе часов по шесть. Молодежь после матча набирала в дорогу по 3-4 банки пива. А я – упаковку. Берегов-то не вижу. И сорвался. Запил.

– Был у вас в этом деле попутчик. Денис Червяков.

– Да, из Горького. И еще Жолток с Пантелеевым. В "Провиденсе" с ними зажег от души. Завис у них на квартире – перестал даже за зарплатными чеками ходить. Червяков-то выбирался на какие-то тренировки, а я плюнул на все.

В "Бостоне" долго терпеть не стали – предложили разойтись по-хорошему. Гандлер, мой агент, говорит: "Тебе заплатят больше 50 процентов от контракта". – "Прекрасно. Разрывай". К тому моменту миллион долларов я заработал. Тогда это – как сейчас десять. Не сомневался, на всю жизнь хватит. Но деньги кончились быстро.

– Смотрим на вас, Михаил, и думаем: сколько ж вы не доиграли?

– Лет семь. Недавно большой хоккейный человек сказал: "Сегодня у защитника твоего уровня контракт был бы не меньше, чем у Радулова!" А тот, насколько знаю, зарабатывает 300 миллионов рублей в год.

– После НХЛ играть не пробовали?

– Приехал из Америки в 1994-м. Вариантов было полно. Звали в "Динамо", другие клубы. Тузик договаривался с немцами, шведами. Я пару раз слетал на переговоры. Но уже не мог расстаться с бутылкой. Пил, гулял… Назовите статью "Двадцать лет ада". Это не громко будет?

– В самый раз. Когда вас посадили?

– В феврале 2001-го. Ситуация была, что либо меня, либо я.

– Кто-то говорил – убили вы ножом. Кто-то – кулаком.

– Ножом. Причем по-трезвому. Один раз ударил в живот, отбросил окровавленный нож в сторону. Была ночь, вышел на улицу, тормознул рейсовый автобус, приехал в милицию: "Я человека зарезал". Позвонили: "Поступал такой?" – "Да". Спустя четыре часа он умер в больнице.

– Карточные дела?

– Да, играли. Карты, все карты… Они выпивали, колбасу резали. Ножик рядом. Этот блатной был, много раз сидел. Взял нож – и на меня. Я перехватил прямо за лезвие, вырвал. Вот, глядите, шрам у меня во всю ладонь.

– Действительно. Это в Москве было?

– В Химках. В морге при городской больнице. Он там водителем работал на труповозке. Но связи с криминалом не терял. Я был у него на могиле, тестя моего неподалеку похоронили… Меня пугали, что отомстят, до зоны не доеду. Но там в первую же неделю подошел смотрящий, спросил, как все получилось. Я рассказал правду. Выслушал он, подумал и ответил: "Ты все правильно сделал. Но зачем за деньгами поехал?"

– За какими деньгами?

– Я же проиграл. Всей суммы при себе не было. Блатной дал время, чтоб я деньги привез. Возвращаюсь, слышу: "Ты на две минуты опоздал". Ну и понеслось… После разговора со смотрящим вопрос закрылся. Сразу курево появилось, чай. Плюс ангарские ребята поддержали. Пришла малява на меня, чтоб нормально относились.

– Если б вы оказались не правы – был реальный шанс не доехать до зоны?

– Конечно. Это на блатном языке – "приговорить". И все, ты не жилец. Легендами обросла драка Знарка в кафе Юрмалы с хмельной бандитской компанией в 1988 году. Но мало кто знает, что его "приговорили". Он свернул челюсть одному авторитету, а тот его "розочкой" порезал, на щеке шрам остался. Значка уже начали прятать, по динамовской линии подключили КГБ. В итоге Значок сам с ним встретился. Распили бутылку водки и все уладили. Ему этот мужичок сказал: "Молодец, что вступился за жену. Не испугался".

– У Знарка прозвище Значок?

– Ну да. И Знара.

– Юного Николишина в "Динамо" благодаря вам стали называть по отчеству – Васильич.

– Да он с 8-го класса выглядел лет на сорок, голова – босиком.

– У вас прозвище было?

– В "Соколе" – Майонез. После Ангарска так мне полюбился, что за обедом мог целую банку сожрать.

* * *

– Дрались в тюрьме?

– Нет. Разбираться приходилось. В одной из камер по беспределу пацана опустили. Смотрящий прислал маляву. Каждый должен от своей камеры написать, как этих людей обозвать. К примеру, "гад" – в тюрьме очень плохое слово. И вот тот, кто смотрел за нашей хатой, внезапно уперся: "Не буду писать". Я стоял, носки стирал. Носок отбросил, подхожу к нему: "Слышь, твое дело – писать!" В рыло ему дал. За справедливость выступил.

В нашей камере из 12 человек 9 сидели за убийство. Строгий режим – и люди серьезные. Дед лет под 70 был – людоед. Жил у него гастарбайтер, поглядывал на хозяйскую жену. Тот его разрубил, сварил и съел. Сумку с головой забыл выбросить. А в разговоре абсолютно вменяемый, разумный человек.

– Там были в курсе, кто вы?

– Я не афишировал. Зэк да зэк, 105-я статья. Но через полгода узнали, что я бывший хоккеист. Не скажу, что уважения стало больше. Люди же видели, как себя вел эти месяцы.

– Как?

– По справедливости. Защищал того, кто слабее. Таким же на площадке был. Тюрьма в этом смысле не изменила.

– К чему было сложнее всего привыкнуть?

– К тому, что свет горит круглые сутки. Газет не дают – только книги. Периодически устраивают проверки. "Маски-шоу" залетают в камеру, начинают без разбору лупить.

– Как время проводили?

– Брагу дули. Ее там на хлебе литрами гонят. У меня и так печень никудышная, а в тюрьме еще сильнее здоровье подорвал… В покер играли – но не картами, а костяшками домино. Проигравший вешал на себя табличку: "Я – самое слабое звено". Однажды вечером проверка. Заходят офицер, две девки, а в камере старый зэк стоит, грудь волосатая – и эта надпись. Смех и грех.

– Главное правило для человека, который впервые попадает в тюрьму?

– Оставайся таким, какой есть. Все равно раскусят. Врать нельзя. Особенно когда спрашивают, за что сел.

– Невинных за решеткой много?

– Встречаются. Хватает и тех, кто украл мешок картошки, банку варенья. Я не о наркоманах конченых, а о простых мужиках. Не то чтобы они невинны – но с них достаточно поселения. Зачем в тюрьме-то держать?

Попасть туда легко. Сложно выйти и встать на ноги. Я вот на стакане споткнулся. Освободился – и вновь запил. Все кувырком. Первая жена мне похождения прощала. Хоть были на грани развода, а не бросила. В тюрьму с сыном приезжала.

– Что ж расстались?

– У другой жил! Ее понять можно… Я уже в Химках по подъездам шоркался с бичами, в коллекторе спал.

– Почти бомжевали?

– Не "почти". Так и было. Правде надо в глаза смотреть. Динамовскую квартиру я оставил Наташе, вторую, на Речном вокзале, – сыну. Двум старшим сестрам купил по квартире в Ангарске. В карты выиграл однушку в Химках, на левом берегу. И гараж. Но так же проиграл. Была еще у меня трехкомнатная у Савеловского вокзала. Сталинский дом с колоннами.

– И где она?

– В тюрьме наличные понадобились на адвоката. Деньги у меня оставались лишь в акциях. Гандлер посоветовал их из Америки не вытаскивать. Пришлось квартиру отдать. За копейки.

– В какую сумму обошелся адвокат?

– 50 тысяч долларов. Но отработал – на первом суде мне прокурор Химок 14 лет запросил.

– Сколько провели в тюрьме?

– 11 месяцев. Два года осталось условно. Статью переквалифицировали с прямого убийства на "состояние аффекта". Пару недель сидел в Химках. Остальное – в Можайске. Первый месяц тяжеловато, 17 человек в камере. А потом Давыдов Виталий Семенович подключил связи. По сравнению с тем, что рассказывают про Бутырку, вообще стал курорт. Давыдов и вытаскивал меня из можайской тюрьмы. Напишите обязательно.

– Обещаем.

– Он к куму этой тюрьмы ездил. Благодаря ему ремонт сделали в камерах. На 70 лет освобождения Можайска Виталий Семенович привез ветеранов "Динамо", играли с местными. Кум в очереди на квартиру двести какой-то – его поставили в первую десятку.

Давыдов – изумительный человек! Как и Фетисов. Я приходил к Славе, говорил честно: "Нужны деньги". Он передавал конверт. Надо полмиллиона рублей – на!

– Зачем вам полмиллиона?

– По суду столько должен был вдове за потерю кормильца. Кстати, и я Фетисову в 90-х помог. Когда он уезжал в "Нью-Джерси", были напряги с одной из группировок, которая в Москве держала Южный порт. Торговала машинами через комиссионку. Я обратился к своим ангарским – те вопрос сгладили. Рос с этими ребятами.

– Как с Фетисовым встретились после зоны?

– Пришел на ЦСКА. Раньше Машка была, смешная болельщица. А теперь карлик. Вот с этим карликом стою, разговариваю. Вижу – идут Нургалиев, Шойгу… И Слава с ними. Столкнулись глазами – он про всех забыл, кинулся ко мне, обнял.

– С Каменским дружба сохранилась?

– Сколько для меня сделал! Валерка никогда не отвернется. Как и Головков Михаил Игоревич. Виталька Прохоров. Он и сам в похожей ситуации побывал. Монастырь его очистил. Леха Яшин, Жамнов помогали. Сергей Макаров с Александром Якушевым собрали с ветеранами приличную сумму. Жить-то было не на что.

– У вас же свой автосервис.

– Компаньону на руку, что я пил. Скорей бы сдох Татаринов. Все подгреб. Это сейчас удалось свое возвратить. Но доход копеечный.

– Кто еще помогал?

– Слава Быков. Тоже – золотой человек. Меня в армейском дворце принял: "Форма нужна?" Через минуту принесли мешок. Я как раз любителей начал тренировать на катке МЧС. Валерий Конов вчера мне таблетки давал от печени…

– Проблемы?

– Двадцать-то лет пить! Один запой длился год и восемь месяцев. Некоторые жены кричат: "Мой неделю пьет!" А у меня месяц – только разгон. Кило водки выпивал за раз. Еще с девкой пересплю после этого. Про Васильева Валерия Ивановича рассказывали, что полтора-два кило способен был за раз залить. Но третьего такого по здоровью я не знаю.

– До белой горячки доходило?

– И белая была, и алкогольная эпилепсия. Динамовские врачи давали ноотропил, финлепсин. Попадал в филиал Кащенко на Рязанке. Полежу – отпустят. Другой на половине этого пути сковырнулся бы. В паленой водке градусов 28, пьешь – чистая резина. Травился сколько. На нормальную денег нет, а выпить-то охота. Не воровать же.

– Ни разу соблазна не возникало? При вашем-то образе жизни…

– В мыслях не было! Даже во время белой горячки, когда у тебя мозг отключается и натворить можешь что угодно. Я всегда понимал, что кражи, грабежи – не мой путь. У меня по пьянке никакой агрессии. Наоборот, жалел всех. Увижу голубя подбитого – забираю, выхаживаю. Или голодную собаку покормлю, поделюсь последним. В Новоселках жил в бане у знакомого. Он за бутылку соседям картошку копал, ягоды собирал. Но когда его попросили котят утопить, я сказал: "Не вздумай!"

– Наркотики пробовали?

– Нет. Постоянно предлагали что-то понюхать или покурить, но я не по этой части. Про уколы и говорить нечего. Помню, как в сборной СССР Захаркин брал у нас анализ крови. Тяжелейший кросс, прибегаешь запыхавшийся. Когда в палец иголкой тыкали, я был близок к обмороку. А уж самому уколоться… Боже упаси! К тому же видел "ломки" наркоманов. Это ужас. Ради дозы готовы на все.

– В НХЛ наркоманы были?

– В Ванкувере поселили меня вместе с Кордиком. Среди ночи он приволок в гостиницу негра. Они что-то нюхали, шатались по номеру. А я думал: "Как же он завтра на лед-то выйдет?" Но отыграл нормально. Кордик еще плотно сидел на анаболиках. Накачал такие мышцы, что от бицепсов майка лопалась. В 27 лет умер от разрыва сердца.

* * *

– Пить бросили?

– О водке не вспоминаю. Будто не со мной было. Поменял круг общения, новая семья. С нынешней женой, Любой, познакомился 20 лет назад. Когда-то жил на Молодежной, ходили в клуб "Контакт". Уже тогда была ко мне расположена, но узнал я об этом только сейчас. Потому что раньше был женат.

Люба случайно столкнулась со мной на остановке. Я был в таком виде, что не сразу признала. Подошла: "Миша, это ты?" Усадила в машину, отвезла в госпиталь.

– Книжная история.

– Толик Федотов, с которым играли в "Динамо", лет пять назад попал в аварию. Мы с Семаком забирали его из Лобни. Еще чуть-чуть – и ему бы в той больнице отрезали ногу. Перевезли в одинцовский госпиталь, там выходили.

А два с половиной года назад в том же госпитале он с Андреем Яковенко оплатил мои расходы. Всего прочистили. Счастье, цирроза не было. Цирроз – это конец. Началась другая жизнь!

– Женились на Любе?

– Да. Венчались. Отмыла меня, отстирала. Еду привозила в больницу, потом на месяц закрыла у себя на даче. Я снег убирал – никуда не выходил. Сашка появился – вот полгода исполнилось…

Ангел-хранитель у меня сильный, это еще сестра говорила. Но Люба совершила невозможное. Она на маму мою, царство небесное, похожа. Вот встретил ее – и понял, что могу вернуться к нормальной жизни. И, конечно, благодарен хоккейным друзьям. Я потрясен, что все настолько близко приняли мои проблемы.

Иногда задумываюсь – а со мной ли все это происходит? У меня ли сын родился? Вижу на улице тех, с кем выпивал. Если есть деньги в кармане – достану и отдам. Знаю, что на водку. Все равно – дам!

– Карты – тоже в прошлом?

– Это зараза страшнее наркотиков. Наташа когда-то возила меня от карт кодировать. Затем автоматы начались. Казино. Не представляете, сколько я спустил. Видите, какие у меня часы?

– Супер.

– Нефтяники из Ангарска подарили, миллион двести стоят. А я в Вашингтоне покупал Rolex President. В карты ушли – за полчаса. Снял с руки и швырнул на стол. Вот цепочка на мне – грамм 250. А прежняя была 300! Тоже в карты ушла.

– Под настоящего шулера попадали?

– Вот когда часы проиграл. Раздел меня полностью. Я трезвый, сам карты сдавал. Колода у меня в руках была. Потом выяснилось, она была не одна, работали те вдвоем. На их колоде была такая же "рубашка". А человек этот входит в десятку по Союзу, погремуха у него Пионер.

– Во что играли?

– В буру, сику. Я и сам могу шевельнуть карты – вы не заметите. Раздам на троих-четверых так, что все будет, как хочу. Хоть не играл давно.

– Какой он, ваш новый день?

– Полгода назад меня избрали председателем федерации хоккея Иркутской области. Надо слетать в Иркутск, поставить подпись. Аккредитация есть. Ходатайствовали за меня Третьяк и Фесюк. Советником у меня будет Константин Зайцев, влиятельный человек в области, главный налоговик. Замом – юрист Вадим Гордин. Многое хотим сделать иначе.

– Например?

– Вот Каменский – президент "Атланта" и председатель федерации хоккея Московской области. Надеюсь, у меня то же самое получится в Иркутской области. Стану руководить "Ермаком" и областным хоккеем. Арена Ангарска перейдет к области. Губернатор Сергей Ерощенко меня поддерживает. Третьяк – двумя руками "за".

– Так давно вопрос мог решиться.

– В апреле пригласил бывший мэр Ангарска: "Будешь президентом клуба?" На команду нужно искать деньги. Градообразующее предприятие – "Роснефть". Чтоб выйти на Сечина, поехал я к Третьяку, Федорову… Вскоре положительный ответ – "Ермак" переходит под крыло ЦСКА!

– Что дальше?

– Федоров при мне созвонился с мэром Ангарска. Про интернат даже поговорили, а то у нас ребятишки босые бегают. Прилетаю в Ангарск счастливый. А там слышу: "Не желаем мы с ЦСКА дел иметь. Заключили соглашение с Омском, их "Ястребы" – чемпионы России. Пусть Сечин пришлет на наш комбинат деньги, сами распорядимся. А тебе, Михаил Владимирович, спасибо и до свидания…" Как щенка выгнали. Я опять в Москву, все Третьяку рассказал.

– Значит, теперь – второй заход?

– Да. Но подчиняться буду напрямую губернатору. Посредники нам ни к чему. Арена в городе на 7 тысяч, все время битком. А городок размером с Химки.

– Готовы туда переехать?

– Вся семья готова. Жить будем в Иркутске. Через "Ермак" от "Роснефти" может питаться весь хоккей области. Подтяну местных ребят – Кривокрасова, Бердникова…

– Вы уверены, что к прежней жизни возврата нет?

– Более чем. Сейчас у меня совершенно другая голова. Да я помолодел лет на двадцать! Мечтаю заниматься любимым делом – хоккеем. Приносить пользу, помогать землякам, честно им в глаза смотреть. А к той жизни точно не вернусь. Я же понимаю, что это билет в один конец.
Вложения
6926056.jpg
6926056.jpg (23.5 КБ) 2649 просмотров

Ответить

Вернуться в «Общение - хоккей и не только»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость